Иван Панфилович Белов

Иван Панфилович Белов родился в 1893 г. в Туркеста-
не в семье русских крестьян-переселенцев. В Первую ми-
ровую войну он был призван в армию и довольно быстро
дослужился до унтер-офицера. После ранения Иван Пан-
филович попал в госпиталь, а затем был направлен в Тур-
кестан, в одну из тыловых частей.
В качестве младшего командира ему предстояло воспи-
тывать новобранцев. Однако наступившая в 1917 г. смута,
мягко говоря, не очень способствовала выполнению этой
задачи. Белов начал выступать на митингах и даже примк-
нул к тогдашним союзникам большевиков — левым эсерам.
14 ноября 1917 г., вслед за другими крупными центра-
ми, Советская власть была установлена и в главном горо-
де Средней Азии — Ташкенте. Однако по мере разверты-
вания Гражданской войны у большевиков в Туркестане
появлялись все новые и новые противники.

На севере связь с остальной Россией была перерезана войсками атамана
Дутова. В Семиречье набирал силу другой атаман — Ан-
ненков. На юге в Туркмении при помощи англичан было
создано Закаспийское временное правительство. Явно не
симпатизировали красным считавшиеся независимыми
феодальные государства — Бухара и Хива. И, наконец, на
базе борьбы за традиционные «исламские ценности» за-
родилось басмаческое движение.
Командуя в этот период различными отрядами, Белов
сделал первые шаги в своей полководческой карьере. В мар-
те 1918 г. он стал начальником гарнизона и комендантом
Ташкентской крепости. Через два месяца на 5-м краевом
съезде Советов было провозглашено создание Туркестан-
ской советской республики. Затем началось строительство
армии «нового государства». Разрозненые части Красной
гвардии были подчинены единому Военно-революционно-
му штабу, в котором Иван Панфилович занял должность
заместителя главнокомандующего.
Звездным часом Белова стал так называемый Ташкент-
ский мятеж. 19 января 1919 г. тогдашний военный комис-
сар Туркестана левый эсер К. П. Осипов пригласил «на
совещание» высшее руководство республики — предсе-
дателя Туркестанского ЦИКа Вотинцева, председателя
Совнаркома Фигельского и еще 12 человек. В казармах
бывшего 2-го Сибирского полка все они были арестованы
и практически немедленно расстреляны.
Выступив под лозунгом созыва краевого Учредитель-
ного собрания, Осипов привлек на свою сторону не толь-
ко значительную часть гарнизона, но и своих бывших про-
тивников — басмачей и белогвардейцев. Более того, за
его спиной стояли и иностранцы — английские разведчи-
ки Бейли и Эдвардс, американский консул Тредуэлл и даже
агенты эмира бухарского.
Используя фактор внезапности, мятежники захватили
практически весь город. Большевики удержались лишь в
Доме свободы (главном административном здании респуб-
лики) и железнодорожных мастерских. В этой ситуации
все зависело от гарнизона крепости и его начальника —
Белова. Иван Панфилович, как и Осипов, был левым эсе-
ром, а всего полгода назад эта партия фактически была
разогнана большевиками. Не удивительно, что глава мя-
тежа рассчитывал на Белова, допустив тем самым свою
главную роковую ошибку…
Иван Панфилович быстро собрал в кулак все еще вер-
ные большевикам части — 4-й Туркестанский полк, Орен-
бургскую школу военных инструкторов, Первые туркес-
танские командные курсы. Поняв, что рассчитывать на
Белова не приходится, Осипов попытался взять крепость,
но потерпел неудачу.
Уцелевшие коммунисты (А. А. Казаков, Д. И. Манжа-
ре, Н. И. Ходжаев, М. Миршарапов, П. И. Ильясов,
С. З. Рубцов) создали Временный ревком и приступили
к формированию отрядов из рабочих и местных жителей.
Все они также перешли в ведение Белова, и к утру 21 ян-
варя мятежников удалось выбить из города. Прихватив
золото из Ташкентского банка, Осипов начал прорывать-
ся в Бухару. Несколько недель Иван Панфилович со свои-
ми бойцами висел у него на хвосте, однако добить про-
тивника и вернуть ценности так и не смог.
Тем не менее в Ташкент Белов вернулся триумфатором.
Сохраняя последовательность в своих действиях, он тут же
вступил в большевистскую партию и уже в апреле 1919 г.
стал главнокомандующим войсками Туркестанской рес-
публики.
Будучи человеком очень осторожным и расчетливым,
Иван Панфилович избегал ввязываться в авантюры. По-
добная позиция иногда приводила к конфликтам с мест-
ными руководителями. Так, уже в мае, вопреки советам
Белова, глава Туркестанского Совнаркома Колесов попы-
тался установить Советскую власть в Бухарском эмира-
те. На первый взгляд, ситуация здесь облегчалась тем, что
по землям этого государства пролегала русская железная
дорога, а вдоль нее располагались русские же поселки
(Новая Бухара, Новый Чарджуй, Термез), пользующиеся
правом экстерриториальности. Вдобавок в самой Бухаре
действовала своеобразная «пятая колонна» — партия
младобухарцев во главе с Ф. Ходжаевым.
Однако первая попытка покорить эмират закончилась
неудачей. Во время переговоров бухарцы перебили пред-
ставителей туркестанского ревкома и разгромили экспе-
диционный отряд красных. Главкому пришлось расхлебы-
вать последствия поражения. Вдохновившись успехом, бас-
мачи перешли в наступление и были остановлены Беловым
лишь у Андижана.
В сентябре 1919 г. действовавшие на Урале войска Крас-
ной армии соединились с частями Туркестанской респуб-
лики. Для установления полного контроля над Средней
Азией был образован единый Туркестанский фронт во гла-
ве с победителем Колчака — М. В. Фрунзе. Иван Панфи-
лович перешел к нему в подчинение и возглавил только
что сформированную 3-ю Туркестанскую стрелковую ди-
визию.
Белову предстояло ударить с юга по Семиреченской
армии. Правда, на первом этапе ему предстояло иметь
дело не с самим Анненковым, а с прикрывавшим его спи-
ну генералом Щербаковым.
Упреждая события, тот в январе 1920 г. первым пере-
шел в наступление, но потерпел поражение и отступил
в считавшуюся неприступной горную твердыню Копал.
10 марта Иван Панфилович предпринял штурм крепости.
Часть 3-й дивизии двинулась в лоб, а остальные подразде-
ления попытались обойти Копал с тыла и флангов. Одна-
ко, пройдя по обледенелым горным тропам, бойцы вы-
шли на позиции сильно замерзшими. Защитники крепости
открыли огонь из 130 пулеметов, после чего красноармей-
цы попросту не решились идти на верную смерть.
К имевшим место случаям неповиновения Белов отнес-
ся спокойно, решив взять твердыню измором. 20 марта
кавалерийская бригада (из трех полков) обошла крепость,
пытаясь отрезать единственный путь, по которому к бе-
лым могло прибыть подкрепление. Однако по дороге крас-
ные напоролись на шедшую в Копал подмогу. Начавший-
ся бой оказался неожиданным для обоих противников. Но
прибывший к месту сражения Белов действовал лучше
и оперативнее Щербакова.
Разгромленным казакам пришлось отступить сначала
в станицу Арасанскую, а затем еще дальше — в Сарканд-
скую. И здесь Белов прибег к дипломатии. Перед заняти-
ем Арасанской он призвал подчиненных воздерживаться
от грабежей и щадить, тех кто сложит оружие. Сделан-
ное им в приказе предупреждение, «все зависит от вас —
или поможете прикончить фронт, или подтолкнете каза-
ков на новую войну», подействовало на красных отрезв-
ляюще. Вопреки уже сложившейся в Гражданской войне
практике, при занятии Арасанской не было ни грабежей,
ни расправ над пленными. Потрясенные местные жители
тут же направили делегатов к своим землякам, сидевшим
в Копале. Вскоре крепость капитулировала, всего же в Се-
миречье красным сдалось около 6 тыс. казаков.
Весть о великодушии Белова больше, чем любые побе-
ды, подорвала мощь Семиреченской армии. Так и не сой-
дясь с Иваном Панфиловичем в открытом бою, Анненков
предпочел укрыться в Китае.
Ради справедливости следует отметить, что «добросер-
дечие» красного комдива диктовалась исключительно стре-
тегической целесообразностью. При случае Белов мог
действовать жестко и даже коварно. Эта его способность
в полной мере проявилась во время событий в Верном
(Алма-Ате) в июне 1920 г.
Гарнизон города состоял из бойцов все той же 3-й Тур-
кестанской дивизии. Большинство из них были мобилизо-
ванными в Красную армию местными уроженцами и не
проявляли ни малейшего желания воевать вдали от род-
ных мест. Не удивительно, что, получив приказ идти в Фер-
гану на борьбу с басмачами, солдаты взбунтовались и да-
же выдвинули политические лозунги (отмена продразвер-
стки, борьба с «засильем туркмен» в местных органах
власти). Мятежники сместили командиров и создали соб-
ственый ревком во главе с начальником верненской ми-
лиции Г. Чеусовым.
Белов и комиссар дивизии Д. Фурманов начали перего-
воры и даже пошли на частичное удовлетворение требова-
ний: несколько представителей восставших были введены
в состав областного ревкома и Военного совета дивизии.
На какой-то момент мятежники потеряли бдительность,
благодаря чему Иван Панфилович сумел тайно подвести
из Семипалатинска и Ташкента надежные части (4-й ка-
валлерийский полк своей же дивизии). В ночь на 19 июня
вместе с Фурмановым Белов тайно покинул город. Утром
он вернулся обратно, но уже в качестве карателя. 4-й полк
практически без сопротивления разоружил восставших,
а 12 руководителей мятежа были расстреляны по приго-
вору военно-революционного трибунала.
После этого о нежелании воевать с басмачами никто
даже не заикался. Под командование Белова перешла це-
лая группа войск, предназначенная для покорения Бухар-
ского эмирата. Главными инициаторами нового похода были
мечтавший о лаврах Тамерлана М. В. Фрунзе и В. В. Куй-
бышев. Что касается Ивана Панфиловича, то на его долю
выпало непосредственное руководство операцией.
На сей раз к покорению Бухары красное командование
подошло более основательно. Численность группировки
составляла 17 тыс. бойцов, подкрепленных аэропланами,
броневиками, бронепоездами. К тому же на территории
русских поселков из недовольных эмиром была создана
7-тысячная Бухарская Красная армия.
28 августа в местечке Сахар-Базар агенты большеви-
ков подняли народное восстание, после чего обратились
за помощью к правительству Советского Туркестана. Па-
мятуя о прошлогодней неудаче, некоторые ташкентские
руководители предлагали ответить отказом. Однако эмир
сам дал подходящий повод для вторжения, приказав сво-
им войскам разрушить русскую железную дорогу.
Огнем из бронепоездов красные отогнали бухарцев от
железнодорожного полотна, а войска Белова без особого
труда преодолели 20 километров, отделявшие их от сто-
лицы эмирата. Правда, штурм самой Бухары оказался
довольно долгим и кровопролитным. Город защищали
5-метровые стены с 11 воротами и 130 башнями. 30 авгу-
ста при первом неудачном приступе войска Белова поте-
ряли около 500 человек. Иван Панфилович подтянул ре-
зервы и приказал начать артиллерийский обстрел Буха-
ры. 1 сентября через взорванный саперами пролом в стене
в город вошли первые штурмовые отряды. К 6 вечера им
удалось овладеть Мазари-Шарифскими и Каршинскими во-
ротами. Наконец на следующий день после ожесточенно-
го сопротивления пала цитадель Арке.
Победителям достались громадные трофеи. В Самар-
кандский банк отправился целый состав с сокровищами
эмира, а бойцы Красной армии хвастались друг перед
другом роскошными халатами и драгоценными саблями.
Бухарский эмират превратился в Бухарскую народную
республику. Иван Панфилович получил орден Красного
Знамени и еще на несколько месяцев остался в Средней
Азии. Впрочем, завершить ликвидацию басмачества ему
так и не довелось, поскольку осенью 1920 г. он был ото-
зван в Россию.
В марте 1921 г. Иван Панфилович принимал участие
в ликвидации Кронштадтского мятежа, где и получил свой
второй орден Красного Знамени. В дальнейшем больше-
вистское руководство продвигало его как по армейской,
так и по советской линии. Белов был членом ЦИК и Вер-
ховного Совета СССР, а также членом Военного совета
при Наркомате обороны. В 1935 г. вместе с четырьмя дру-
гими военачальниками он получил звание командарма
1 ранга. На очереди было звание маршала…
Однако в 1938 г. Ивана Панфиловича расстреляли как
врага народа. Трудно предположить, чем именно дисцип-
линированный и лишенный каких-либо политических ам-
биций Белов не угодил кремлевскому горцу. Однако из
всех пяти командармов 1 ранга он был арестован и каз-
нен последним.
Гражданские войны очень часто отличаются бґоль-
шим ожесточением, нежели войны обыкновенные. Со-
провождающие их зверства приносят печальную изве-
стность фигурам, подобным атаману Анненкову. На
фоне «хозяина Семиречья» Белов выглядит едва ли не
образцом гуманизма и добросердечия. Что же каса-
ется полководческих дарований, то здесь достаточно
перечислить города, связанные с этими двумя персо-
нажами. Имя Белова ассоциируется с подавлениями
мятежей в Ташкенте и Верном, обороной Андижана,
взятием Копала и Бухары. А при имени Анненкова вспо-
минается лишь один Карагач — несуществующий го-
род смерти.

Запись опубликована в рубрике Участники гражданской войны в России с метками . Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий