Павл Петрович Скоропадских

Род Скоропадских считался одним из старейших в Ма-
лороссии. Еще в 1708 г. после измены Мазепы и перехода
его на сторону шведов верные Петру I казаки провозгла-
сили новым гетманом Украины стародубского полковни-
ка Ивана Ильича Скоропадского. Потомки его не раз осы-
пались монаршими милостями и к моменту упразднения
гетманства (в 1764 г.) уже прочно вписались в ряды им-
перской элиты. Честно служа царю и Отечеству, Скоро-
падские со временем не только совершенно обрусели, но
и приобрели европейский лоск. Подолгу проживавшие за
границей, на равных, как свои, они принимались в самых
аристократических кругах Парижа, Вены, Берлина.
В 1873 г. во время одного из таких заграничных воя-
жей у одного из представителей полтавской ветви знаме-
нитого семейства — Петра Скоропадского — родился сын
Павел (на украинский манер — Павло).

В силу аристократического происхождения с самого
начала перед юношей открывалась блестящая карьера.
В 20-летнем возрасте он окончил привилегированный пе-
тербургский Пажеский корпус и был выпущен корнетом
в лейб-гвардии Кавалергардский полк. Как по долгу служ-
бы, так и в свободное время Павел Петрович часто появлял-
ся при дворе, имея возможность общаться с высшими са-
новниками империи и, следовательно, обзаводиться полез-
ными связями. Скоропадский был лично знаком со многими
представителями царской семьи и даже с самим Николаем II.
В 1900 г. на одном из маскарадов в Зимнем дворце мо-
лодой кавалергард появился в костюме гетмана. Некото-
рые мемуаристы задним числом увидели в этом эпизоде
некий знак, перст судьбы. Другие пошли еще дальше, зая-
вив, что уже тогда Павел Петрович мечтал о «самостий-
ности» для Украины и гетманской булаве лично для себя.
Здесь содержится изрядная доля преувеличения: гибель
империи тогда еще никому не могла присниться даже
в страшном сне, и одеяние гетмана для праправнука Ива-
на Скоропадского вряд ли было чем-то бґольшим, чем про-
сто маскарадным костюмом.
Какими бы привилегиями ни пользовались в армии ари-
стократы, рассчитывать на высокие чины без реальных
заслуг они не могли, и в мае 1904 г. Павел Петрович от-
правился на войну с Японией. Сначала он служил при
штабах — адъютантом Восточного отряда и адъютантом
3-го Сибирского корпуса, затем перевелся на передовую —
во 2-й Читинский казачий полк. Хорошо проявив себя
в под огнем и приобретя боевой опыт, по окончании вой-
ны Скоропадский возвратился в родную часть — к своим
кавалергардам. Наградой за отвагу стала очередная (и весь-
ма значительная) ступенька в карьере — должность фли-
гель-адъютанта императора.
К чести Скоропадского следует отметить, что делать
карьеру, шаркая по дворцовому паркету, он не собирал-
ся, отдавая предпочтение строевой службе.
С сентября 1910 г. он командовал 20-м Финляндским
драгунским полком, затем более престижным — лейб-гвар-
дии Конным. В марте 1912 г. Скоропадский был произве-
ден в звание генерал-майора и зачислен в свиту Его Импе-
раторского Величества, а Первую мировую войну встре-
тил в должности командира 1-й бригады 1-й гвардейской
кавалерийской дивизии.
Медленно, но уверенно Павел Петрович пробирался
к вершинам военной иерархии. Против германцев и авст-
рийцев он сражался так же отважно, как и против япон-
цев, и хотя великих побед не одерживал, но пользовался
репутацией способного и перспективного военачальника.
В 1915 г. его повысили до генерал-лейтенанта, а в январе
1917 г. доверили целый копус — 34-й армейский.
Спустя месяц в Петрограде грянула Февральская рево-
люция, и власть перешла к Временному правительству.
В Киеве местные либералы и социалисты создали соб-
ственный «орган демократической власти» — Централь-
ную Раду и объявили о намерении добиваться автономии
для Украины. Правительство Керенского ничего не имело
против «права наций на самоопределение» и даже согла-
силось на создание собственно украинских соединений (ра-
зумеется, подчинявшихся русскому командованию). По-
скольку командир и большая часть личного состава 34-го
корпуса были «хохлами», именно эту часть сочли удоб-
ным полем для подобного эксперимента.
Сам Скоропадский «рiдной мовой» не владел и отнес-
ся к идее «украинизации» без энтузиазма. Тем не менее
он взялся претворять ее в жизнь, сумев, однако, удержать
в корпусе лучших русскоязычных офицеров.
Между тем по мере углубления общероссийского кри-
зиса сепаратистские настроения на Украине брали вверх.
7 ноября 1917 г. Центральная Рада в Киеве провозгласи-
ла создание Украинской народной республики (УНР) в со-
ставе России. Спустя месяц в Харькове 1-й Всеукраин-
ский съезд Советов объявил Украину республикой Сове-
тов. Отряды Красной гвардии сумели установить контроль
над Левобережьем Днепра и начали продвигаться на за-
пад. Отражать нашествие пришлось частям Скоропадско-
го, для которого «самостийники» были, конечно же, бли-
же, чем большевики.
28 декабря 1917 г. прибывшая на мирные переговоры
в Брест-Литовск делегация Центральной Рады провозгла-
сила независимость Украины. Немцы и их союзники (так
называемый Четвертной союз) поспешили признать но-
вое государство, однако уже 27 января 1918 г. красные
войска вступили в Киев и, в свою очередь, объявили об
установлении власти Советов. «Самостийники» поспеши-
ли прибегнуть к защите Германии, заключив мирный до-
говор, по которому Украина обязалась поставить Четверт-
ному союзу 60 млн пудов хлеба, 3 млн пудов живого ро-
гатого скота, 37,5 млн пудов железной руды и т. д. Немцы
и остатки войск УНР перешли в наступление и 1 марта
овладели Киевом. Советская Россия вынуждена была за-
ключить Брест-Литовский мирный договор, одним из пун-
ктов которого признала Центральную Раду как единствен-
ную законную власть на Украине.
Между тем до подлинной «самостийности» было да-
леко. В стране разместилась германская оккупационная
армия генерал-фельдмаршала Эйхгорна. Усиленными тем-
пами немцы начали вывозить продукты питания и сырье.
Население бедствовало, экономика дышала на ладан, и, как
следствие, по всей Украине начали возникать всевозмож-
ные партизанские отряды — большевистские, анархистс-
кие и просто бандитские («зеленые»). Опасение немцам
внушали и лидеры Центральной Рады, особенно местные
«социалисты» — Винниченко и Петлюра. Не удивитель-
но, что германское правительство решило передать власть
сильному но надежному человеку, способному удержать
ситуацию под контролем. Лучше всего на эту роль под-
ходил Павел Петрович. 26 апреля германский кайзер Виль-
гельм II прислал телеграмму Эйхгорну: «Передайте Ско-
ропадскому, что я согласен на избрание гетмана, если гет-
ман даст обязательство неуклонно выполнять наши сове-
ты». Через два дня в киевском цирке состоялся съезд
хлеборобов, объявивший об избрании Скоропадского еди-
новластным правителем Украины с титулом гетмана. Цен-
тральная Рада была разогнана, УНР упразднялась и пре-
вращалась в Украинскую державу.
По месту провозглашения возрожденного из небытия
гетманства последующие события часто сравнивали с цир-
ком. Как акробату-канатоходцу, Павлу Петровичу прихо-
дилось постоянно балансировать между тремя враждеб-
ными силами — германцами, деникинцами и «самостий-
никами». Задача эта была почти нереальной и приводила
к резким колебаниям в украинской политике.
Своеобразной подачкой местным националистам вы-
глядело освобождение из тюрьмы арестованных во время
переворота Винниченко и Петлюры. Кроме того, продол-
жался начавшийся еще при Раде процесс украинизации.
Вся государственная документация, начиная от железно-
дорожных расписаний и кончая армейскими уставами,
переводилась на «рiдную мову» с использованием в ряде
случаев немецких слов (зачастую это звучало почти ма-
разматически; так, военная команда «Смирно, равнение
направо» звучала теперь как «Хальт, струнко направо»).
В то же время большинство чиновников, офицеров и даже
министров (не говоря о самом гетмане) предпочитали
изъясняться на русском языке.
Многие из них рассматривали гетманщину как первый
этап к восстановлению единой российской государствен-
ности. И, в общем-то, определенные основания для этого
были. Так, например, попытка объявить Мазепу нацио-
нальным героем вызвала со стороны Скоропадского самые
решительные возражения. Более того, в беседе с одним из
представителей Деникина он доверительно признался: «Вы,
конечно, понимаете, что я как флигель-адъютант импера-
тора и генерал-лейтенант русской армии не могу быть “щи-
рым украинцем”». И все же идти на открытое сближение с
ориентировавшимися на Антанту белогвардейцами он не
решался, прекрасно понимая, что власть его на текущий
момент держится прежде всего на германских штыках.
В ноябре 1918 г. после поражения в Первой мировой
войне в Германии началась революция. Оккупационные
войска стали возвращаться на родину, причем зачастую
их оружие и снаряжение переходили в руки местных по-
встанческих отрядов. 18 ноября собравшиеся в Белой
Церкви «самостийники» призвали народ к свержению
Скоропадского и объявили о создании нового правитель-
ства — Директории во главе с Петлюрой. Одновременно
через российско-украинскую границу потихоньку начали
просачиваться красноармейские отряды. И те, и другие
стремились к Киеву, но первыми до столицы Украины все-
таки добрались петлюровцы…
Между тем собственная армия у гетмана фактически от-
сутствовала. Опереточные части «сердюков» и «гайдамаков»,
прибывая на фронт, либо разбегались, либо переходили на
сторону Директории. Пытаясь удержать власть, Скоропад-
ский решил опереться на консервативное офицерство — сто-
ронников «единого и неделимого» Росийского государства.
Вступив в союз с Деникиным, Павел Петрович фактичес-
ки отказался от идеи «самостийности» и поручил наибо-
лее авторитетному из находившихся в Киеве генералов —
Ф. А. Келлеру — сформировать отряды Белой гвардии.
Однако времени для этого почти не оставалось.
Готовых сражаться офицеров оказалось не более 3 тыс.
человек. С учетом необходимости поддерживать порядок
в городе на каждого из них приходилось почти по 1 кило-
метру фронта. Остановить многотысячную массу петлю-
ровцев столь незначительные силы не могли, тем более
что большинство белогвардейцев вовсе не горели жела-
нием сложить свои головы за гетмана.
14 декабря 1918 г. при содействии немцев Скоропад-
ский бежал из Киева. Преодолев достаточно символичес-
кое сопротивление офицерских отрядов, войска Директо-
рии заняли столицу Украины. Графа Келлера расстреляли
на Софийской площади у памятника Богдану Хмельниц-
кому якобы при попытке к бегству. Плененные белогвар-
дейцы оказались согнаны в педагогический музей, откуда
потом потихоньку разбежались. Петлюровцы в это вре-
мя упивались победой и были заняты грабежами. Впро-
чем, их радость оказалась недолговременной. С севера
уже надвигалась Красная армия…
Дальнейшие события на Украине никак не касались
Скоропадского. Остаток жизни он провел там же, где
и родился, — в Германии. В апреле 1945 г., всего за пару
недель до поражения приютивший его страны, первый
и последний гетман «самостийной» Украины скончался
от контузии, полученной при бомбардировке Берлина со-
юзной авиацией.

Запись опубликована в рубрике Участники гражданской войны в России с метками . Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий