Северные регионы России в Гражданскую войну

Объединение Восточного и Северного фронтов планировалось еще в ходе весеннего наступления армии Колчака, когда правофланговые части 1-го Средне-Сибирского корпуса генерал-лейтенанта А.Н. Пепеляева у с. Усть-Кожва на Печоре соединились с со стрелками печорского батальона капитана Г.П. Алашева из состава Мезенско-Печерского фронта генерал-майора Д.Д. Шапошникова. В белой прессе широко освещалось это событие, как свидетельство создания единого белого фронта. «Сибиряки шлют сердечный привет Архангельцам». Генерал Марушевский и генерал Гайда обменялись телеграммами, причем Марушевский, в полном соответствии с порядком гражданского подчинения, передал Гайде права оперативного руководства северными войсками в районе соединения. Верхнепечорские волости вошли в состав Чердынского уезда Пермской губернии (подчиняясь, таким образом, Омску).
Однако уже с начала июля сибирские части стали отходить на Восток, из-за общей неудачи весеннего наступления. Войска Мезенско-Печорского района были вынуждены взять под свой контроль территории Печерского края, занятые ранее Сибирской армией. Штаб Северного фронта не исключал возможности продвижения к Котласу и Вологде, даже при отсутствии поддержки из Сибири. 15 ноября 1919 г. северные стрелки заняли Усть-Сысольск – крайний пункт продвижения в юго-восточном направлении. Был назначен начальник Вологодской губернии бывший председатель Усть-Сысольской уездной земской управы С.О. Латкин, а военное руководство Печерским районом (выделенным из Мезенско-Печерского фронта) стал осуществлять полковник В. Ахаткин. Очень подробно об этом писал глубокоуважаемый М.В. Таскаев в статье Печорский фронт в 1919 году // Белая армия. Белое дело. Екатеринбург, № 4, 1997. В управление ВПСО вошли «освобожденные от большевиков» в ходе осеннего наступления Северной армии районы Пинеги, Мезени, Печоры, Яренского и Усть-Сысольского уездов Вологодской губернии, а также Березовский уезд Тобольской губернии, ранее бывший в юрисдикции Омска.

Если смотреть «выше» к Заполярью, то там юрисдикция, все-таки Омская, а не Архангельская. Немаловажное значение для развития взаимодействия белого Севера и Сибири имело освоение Северного морского пути. Совет министров и сам адмирал Колчак были заинтересованы в развитии торгово-промышленных и военных контактов с Архангельском. Постановлением Совета министров от 25 апреля 1919 г. был образован Комитет Северного морского пути при министерстве торговли и промышленности Российского правительства. Комитет в августе – сентябре 1919 г. возглавлял профессор С.В. Востротин — полярный исследователь, областник, бывший товарищ министра земледелия во Временном правительстве и министр торговли и промышленности в Деловом кабинете ген. Хорвата, член ГЭС. Со стороны Северной Области организацией отправки судов руководил известный ученый–гидрограф капитан 1-го ранга (с октября — контр-адмирал) Б.А. Вилькицкий. Работу Комитета лично курировал адмирал Колчак (он-то, как известно, начинал освоение Севморпути еще до войны). Предполагалось наладить снабжение Севера сибирским хлебом, сливочным маслом и пушниной в обмен на часть военного снаряжения, получаемого от союзников, импортные сельскохозяйственные машины, автомобили и мануфактуру. Началось строительство Усть-Енисейского порта для морских грузов, а образованная в декабре 1918 г. Дирекция маяков и лоции Северного морского пути во главе с известным гидрографом, полковником Д.Ф. Котельниковым отправила два экспедиционных отряда в Обскую губу для установки маяков. В устье Оби и Енисея на специальных судах были установлены радиотелеграфные станции.
По Якутской области. Еще 15 марта 1918 г. группа правых эсеров произвела переворот в Якутске. Здесь был создан «Областной Совет независимой Якутской области». Затем Временным Сибирским правительством и Российским правительством из Омска утверждают губернское правление.
С 1920 г – Советская власть.
С весны 1922 г. – начало восстания под руководством П.А. Куликовского, который прибыл во Владивосток и получил полномочия губернатора от правительства Меркуловых. Для поддержки был направлен отряд (позднее дружина) генерала Пепеляева. Т.н. «якутский поход» 1922-1923 гг.
С Камчатской областью могла получиться интересная история. В 1922 г. область – управлялась как часть Приамурского края. Ряд депутатов Народного Собрания во Владивостоке (С. Руднев и др.) выступили с инициативой перемещения правительства, армии и Сибирской флотилии из Владивостока в Петропавловск-Камчатский, где (как предполагалось) можно совершенно спокойно устроить отдельное государство. В отличие от белого Крыма и белого Приморья считалось, что красные до Камчатки не дойдут, а если попытаются, то легко отразить как десанты на Охотском море (силами флотилии адмирала Старка), так и возможное продвижение сухопутных сил (но это сделать через Колыму, считалось крайне сложно). В Петропавловск-Камчатский пригласить кого-либо из Дома Романовых и восстановить монархию. Таким образом, создать некий «русский Тайвань». А если еще и Япония признает, то Камчатка будет вообще «неприступной».
Но этот план не приняли, остались во Владивостоке, а на Камчатке собственными силами должен был управлять, назначенный начальником Камчатской области генерал-майор П.М. Иванов-Мумжиев. Но у него ничего не получилось, без поддержки из Приморья и он эвакуировал область почти одновременно с Владивостоком (2 ноября 1922 г.).

У Восточного и Северного фронтов с весны до середины лета 1919 г. существовал непосредственный контакт. Вообще весь нынешний Коми край был под контролем белых в 1919 г.
Более того, ВПСО не только признало Колчака Верховным Правителем, но и при Российском правительстве работал князь Куракин, аккредитованный как официальный представитель от Миллера. А в августе 1919 го в Омске разработали проект управления Северной областью, тем самым подчеркивая свой всероссийский статус. Соединение Восточного с Северным и с Южным фронтами — в принципе это и была одна из целей знаменитого весеннего наступления 1919 г. «Пробиться» не только на соединение с Деникиным, но и на соединение с Миллером. Причем установить «канал снабжения», по которому предполагалось наладить поставки вооружения и обмундирования от союзников из Архангельска, в обмен на сибирский хлеб. Помимо этого, очень важным было установление связи. В Архангельске осенью 1919 г. наладили работу радиостанции, технические возможности которой позволяли отправлять сообщения на Юг (в города Николаев и Екатеринодар), в Омск и даже на Дальний Восток. При помощи английских телеграфистов были установлены телеграфные и радиостанции, связавшие Ставку Главкома ВСЮР с Лондоном, Омском и далее с Ревелем и Архангельском. До занятия Усть-Сысольска наиболее надежным способом связи Севера и Сибири признавался путь по линии Архангельск – Усть-Цильма – Щугор – Чердынь. До Щугор от Архангельска был протянут военный телеграф, а от Щугор на Омск действовала старая линия телеграфа.
Проект Руднева, по поводу Камчатской области поддерживали многие. Даже по самым примерным прикидкам считалось, что здесь можно продержаться минимум до 1925 года, а может быть и больше. Причем без строительства укрепленных районов. Природа помогла бы. Но Меркуловым был важен «статус». Владивосток считался престижнее, да и связь с Харбином была ближе. Поэтому проект Руднева «положили под сукно», ограничившись той его частью, которая относилась к приглашению в Россию представителей Романовых (как решил знаменитый Приамурский Земский Собор).
Перспективность организации здесь сопротивления подтверждалась, в частности, действиями небольших партизанских отрядов бывших белых (в сводках их называли, естественно, «бандами») в Якутской области, на Колыме, в Печорах, чуть ли не до 1930 года.

Запись опубликована в рубрике Статьи с метками , , , , . Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий