воспоминание М.А. Рычковой.

Рычкова М.А. Женское движение 1917го года (из воспоминаний).
Мисс Панкхерст.
Это было в дни разгула Керенского — этого кратковременного баловня судьбы и толпы. Вместе с ним гулял по России полный произвол и пресловутая «бескровная», разнузданная свобода.
Москвы за короткое время было не узнать – она и физически и духовно стала пролетарской: вся заплеванная, засыпанная окурками и шелухой семечек и митингующая.
Митинги, митинги без конца! Стоило остановиться двум человекам, чтобы, через несколько минут, собралась толпа и машина заводилась на целые часы.

Вечером и ночью скверы и бульвары являлись настоящими притонами разврата и наполнялись дезертирами, которые со своими дамами проводили там все ночи на пролет.
В это время в Москву съезжалось много иностранцев. Вероятно, они хотели почерпнуть что-либо из нашей свободы. Вот тогда-то, один раз и почти мельком мне удалось повидать мисс Панкхерст – эту поборницу женского равноправия, английскую суфоражистку. Меня интересовала она и ее деятельность я всегда прочитывала о ней все, что встречала в печати.
Одна из доброволиц женского батальона была сброшена неизвестным негодяем с площадки трамвая под колеса и ей отрезало обе ноги. После операции она прожила только одну ночь. Расходы на похороны взял на себя женский союз «Помощь Родины». Похороны были многолюдные и торжественные.
В церковь явилось много англичанок и среди них мне указали мисс Панкхерст.
Это была старая, маленькая, худая женщина, очень скромно одетая и ничем не проявлявшая своей энергии и воинственности.
Под звуки торжественного печального похоронного марша, исполняемого юнкерами Александровского военного училища, процессия тронулась к кладбищу. Путь предстоял длинный. Кроме участников, как всегда, набралась масса любопытных и зевак и улица заполнилась толпой так, что трудно было двигаться. Чтобы предохранить гостей англичанок от давки, мы решили взять их под свое покровительство.
Честь вести под руку мисс Панкхерст выпала на мою долю. Но не долго пользовалась я этой честью: почти с самого начала мисс Панкхерст стала обнаруживать волнение, далеко не соответствовавшее торжественному моменту. Вдруг она остановила мою руку, бросилась из толпы и стала всех участников расставлять рядами. Она, видно, забыла, что была не в Англии, а в России, да еще и в 17-м году! Настойчиво, но тщетно она старалась навести порядок, который был прочно и надолго изгнан из России вместе с городовыми. Ряды сейчас же расплывались, толпа давила, толкала и маленькая фигурка мисс Панкхерст скрылась навсегда с моих глаз. Уже здесь, в Харбине, я прочла о ее смерти.

Запись опубликована в рубрике Статьи с метками . Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий