Государственно-политическое воспитание армии

Наше время — эпоха социальных сдвигов и борьбы миров. Старый — построен на рационализме и либерализме, породивших капитализм, социализм и коммунизм. Новый — строится на христианском понимании государства и потому стремится к социальной справедливости. Эти два мира непримиримы. Борьба ведется с фанатизмом? подобным охватывающему человечество во времена религиозных войн. Новый политический фанатизм захватил широкие круги населения государств. Идее демократии, вернее лже-демократии, противопоставлена идея нового национального неклассового государ-
ства. Cейчас совершенно невозможно себе представить государство, где идея не явилась бы элементом управления. Борьба идей привела к необходимости политического обеспечения государства. В каждом государстве ведется борьба на внутреннем идейно-политическом фронте. К этой борьбе привлекаются и войска. Войска вмешиваются в политику на стороне правительства. Помимо партийных войсковых организаций и армия является той силой, на которую опирается режим данного государства. Когда эта вооруженная сила народа становится на сторону противников режима, то происходит революция. Может ли армия в таких условиях оставаться вне политики?

Если в мирных условиях армия участвует в политической жизни страны, поддерживая существующий режим, то может ли эта армия быть вне политики во время войны, когда государство предельно напряжено, когда под угрозой находится сама жизнь страны. Современная армия — это вооруженный народ. Война захватывает все области жизни, все слои населения, все хозяйство воюющей страны.
Политика — прежде всего искусство управлять государством. Идея — одно из существенных орудий управления. Армия служит государству кровью. Можно ли от нее требовать крови во имя идей, которым она не верит или которым она враждебна?
Политика, т.е. руководство нацией и стратегия — управление вооруженной частью нации, должны сейчас представлять одно целое.
Армия — это концентрированная нация, армия — военно-политический центр. Армия это живой организм, имеющий свою душу. Армию нельзя оценивать по количеству находящихся на ее оснащении лошадиных сил и военных машин. Армия, не объединенная единым началом, не есть армия, а вооруженная толпа. Дисциплина заключается не только во внешней субординации,
но и в той внутренней силе, которая спаивает всю иерархию армии. Сила армии во внутренней дисциплине. Внутренняя же дисциплина — это уже сторона идеологическая, вне общей для всех чинов армии идеи она немыслима. Недаром лучшее определение дисциплины дано Лойолой, католиком -иезуитом.
Поражение может наступить не только на военном фронте, оно может наступить и на других фронтах, на которых сейчас ведется война, — на фронте внутриполитическом,
хозяйственном или финансовом.
Сейчас внутриполитический фронт — особенно чувствительное место всякой внешней борьбы.
Если не вся армия, то, во всяком случае, ее лучшая
профессиональная часть всегда являлась носителем
той или иной государственно-политической идеи. В
расцвете демократических начал на Западе, политиканами
— профессионалами был выдвинут несуразный и совершен-
но не государственный принцип — “армия вне политики”. Это было сделано ради удобства вести свои эгоистические пар-
тийные дела в условиях парламентаризма. Армия не могла
быть фракционной или узкопартийной по самому своему
существу — концентрированной нации. Армия всегда и пре-
жде всего национальна. Попытка создать интернациональ-
ную, рабоче-крестьянскую армию трудящихся всего мира
переживает на наших глазах полный крах.
Наше командование в гражданскую войну не доросло до
государственно-политического творчества. Оно подхватило
эту идею западных демократий и всемерно проводило ее
даже до времен существования армии за границей.
Современные армии, вооруженные коллективным ору-
жием и широко оснащенные мотором, в полной мере зави-
сят от сравнительно большой группы профессионалов-
шоферов. Мотор обслуживается новым типом бойца. Это
высококвалифицированный рабочий. Его политическая бла-
гонадежность является основой военно-политического
обеспечения армии. Чем гарантируется политическая бла-
гонадежность? Принадлежностью к идейному фронту дан-
ного государства, т.е. приятием его политической идеи и
подчинением ей. Теория подчинения учитывает три вида
подчинения — подчинение действия, воли и ума. Подчине-
ние ума это высшая степень подчинения, ибо ведет к отре-
шению от собственных убеждений и является самым труд-
ным видом подчинения, но зато и безусловно верным.
Наконец, сам современный боевой порядок, состоящий
из групп разной величины до звеньев включительно, требу-
ет от каждого одиночного бойца сознательного исполнения
своих обязанностей в отношении государства. Контроля
командного состава или влияния массовой психики времен
линейных или каррейных боевых порядков сейчас быть не
может. Ныне каждая почти группа бойцов не столько нахо-
дится во власти начальников, сколько в Божьей Воле.
Сейчас действительной является только внутренняя
дисциплина, основанная, как сказано выше, на деле.
Вместе с тем, чем большие контингенты народных
масс вливаются в армию, тем больше она теряет свои
профессиональные воинские качества. Большая часть
бойцов не служит по призванию, дисциплина у призванных из запаса в достаточной мере выветрилась, современные
роды занятий мало способствуют культивированию храбрости, бескорыстия и самопожертвования (необходимых элементов воинского подвига).
Военная этика — совокупность писаных и неписаных законов войны, терпит от разжижения профессионального состава армии. Варварство современных народных армий возвращает нас ко временам гуннов. Воинская этика — неписаный статут данной армии, подобный особому укладу
большой семьи, тоже оказывается недостаточно устойчивой.
Сейчас мало прививать понятия о воинской чести и воинской этике только профессионалам военного дела. Необходимо воспитание всего народа и в течение времени более длинного, чем современные короткие сроки действительной службы. Нужно создать граждан с чувством личной воинской чести. Граждан, способных в любой момент стать “вооружен-ными гражданами” — армией.
Все вышеизложенное убеждает нас в том, что современный вооруженный народ не будет боеспособным, если не будет проникнут единой идеологией. Идеологией политической. Если всякий воин должен понимать свой маневр, то подавно он должен знать, за что проливает свою кровь. Цели войны должны быть ему совершенно определенно известны и понятны. Мало того, целый народ должен быть духовно военизирован, чтобы лучше перенести тяготы, чтобы повысился его духовный военный потенциал. Наконец, весь народ должен быть воспитан на понятиях добродетели. Отсюда недалеко и до воинской чести и военной этики. “Богу единому слава!” (Воинских Артикулов Гл. I). Политическое обеспечение армии не может быть построено, как мы сейчас видим, на институте политических комиссаров, ведущем только к двоевластию и анархии в организме армии, всегда построенной на началах единовластия и иерархичности.
Пора покончить с чуждым русской армии принципом: армия вне политики. Армия политична, ибо она народ, ибо она лучшая часть своего народа, и ей не может быть безразлично, кто и куда ведет ее страну

Запись опубликована в рубрике морально-психологические основы с метками , . Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий