Техника

Японцы вообще, и армия — в частности, относятся к технике с большим уважением и вниманием. В войну 1904 г. свою технику, находившуюся еще на слабой ступени развития, японские войска использовали чрезвычайно настойчиво и организованно.
В отношении военной техники можно отметить лишь десятилетие 1914-1923 гг., когда японская армия значительно отстала в техническом отношении от уроков мировой войны: в течение самой войны японцы не столько вооружались, сколько торговали оружием, а затем и интервенция поглотила внимание, усилия, средства. Это отставание было особенно заметно в отношении ручных пулеметов и тяжелого оружия пехоты. К настоящему времени оно ликвидировано полностью. Пехота богато снаряжена, и для нее открывается возможность относительно самостоятельных действий.
Вне пределов пехоты содействие техники активным ее действиям может развиваться по трем основным путям: артиллерия, моторизация и механизация и авиация. Мы не говорим о химическом оружии, так как оно преимущественно используется на этих путях.
Артиллерия не может не расцениваться в Японии как очень дорогой и прожорливый род войск, ненасытный потребитель стали; он предъявляет величайшие требования к работе тылового транспорта. Между тем, военное искусство японской армии складывалось в войнах на малокультурных театрах, на чрезвычайно пересеченной местности с жалкими средствами транспорта, среди которых крупную роль играли ручные тележки с грузом в 80 кг, который перевозился усилиями “носильщиков обоза” на 12 км в сутки. В этих войнах японская армия научилась ценить и использовать свою подвижность, способность преодолевать величайшие дебри, а мощная артиллерия с бесконечным транспортом снарядов является на плохих дорогах величайшим врагом подвижности.
Производство стали в Японии в скольконибудь заметных размерах насчитывает меньше 30 лет существования и лишь в последнее время становится на твердую почву. Впрочем, оно продолжает находиться в зависимости от импортной руды. Многочисленная артиллерия требует далеко идущей мобилизации военной промышленности. А на последнюю твердо рассчитывать нельзя.

Самая мощная отрасль японской промышленности — это судостроение. В год японские верфи могут спустить миллион тонн пароходов. К этой работе японское судостроение может быть вынуждено, если во время войны вследствие каких-либо причин — нападений авиации, подводных лодок, постановки минных заграждений — в тоннаже японского коммерческого флота начнутся потери, составляющие хотя бы десятую долю потерь Англии в 1917 г. А мобилизация японского судостроения чрезвычайно суживает возможности мобилизации части военной промышленности.
Конечно, без артиллерии, и притом хорошей артиллерии, воевать и побеждать нельзя. Но мировая война показала, что хотя нет практического предела увеличения численности артиллерии, но по мере увеличения количества выпускаемых снарядов доля полезной тактической работы, выполняемой каждым из них, уменьшается.
Все эти соображения ведут к тому, что японская армия стремится обеспечить себя относительно немногочисленной, но хорошей артиллерией, с новыми образцами пушек, большим запасом снарядов. Скорострельность, дальнобойность, централизованное руководство, тактическое искусство должны возместить недостаток в числе. Армейская артиллерия невелика, корпусная отсутствует; это еще более подчеркивает диспропорцию между нормальным составом дивизионной артиллерии и увеличенным составом пехоты дивизии, насчитывающей 48 стрелковых рот вместо 27 рот европейских дивизий.
Таким образом, японское военное искусство не только не делает ставку на количество пушек, но открыто идет на борьбу с превосходной в числе артиллерией. Это объясняется как узостью материального базиса армии, так и тем обстоятельством, что японские войска никогда не имели дела с хорошей артиллерией; они знакомы только с шрапнелью и потому недооценивают артиллерийский огонь противника. Вспомним, что еще никогда японской пехоте не приходилось бывать не только под “чемоданами”, но и под хорошей бризантной полевой гранатой.
В такой же мере, как развитие японской военной доктрины не идет по пути подавления противника густым частоколом выставленных против него орудий, оно чуждо и увлечениям моторизацией и механизацией. Регулирующее значение узкого материального базиса здесь видно еще отчетливее. Япония располагает в 10 раз меньшим числом автомобилей, чем Германия, и в 20 раз меньшим, чем Франция. Мы уже не говорим о сравнении ее с таким гигантом автомобилизма, как США. Общее число грузовых машин Японии равняется одному годовому приросту грузовиков в Германии — 40 000. Развитие отечественного автомобилестроения пока имеет перед собой скромную цель — 5 000 грузовых и легковых машин в год. Учитывается необходимость работать на импортируемой нефти.
В целом в отношении моторизации и механизации японская армия ограничивается пока такими задачами, как моторизация дивизионных тылов, разведывательных отрядов, частей усиления, придаваемых коннице, зенитной и части тяжелой артиллерии некоторых специальных частей. Возможны и отдельные переброски войсковых частей, до бригады включительно.
Механизация поставлена в еще более тесные пределы — 4 танковых полка, несколько дивизионов бронеавтомобилей, мотоциклы с пулеметами.
Японцы могут утешаться тем, что в течение 3 месяцев в году автомобильное движение в Маньчжурии чрезвычайно затрудняется размокающей почвой и что многие пограничные районы представляют крайне трудную для действия танков горную местность. Японские войска не только не имеют существенной опоры в танках, но и располагают слабым противотанковым вооружением. Задачу последнего временно выполняют в каждом батальоне две 37-мм пушки.
Отсталость в отношении моторизации в значительной части объясняется тем, что при общем недостатке средств японской армии предстояло сделать принципиальный выбор: моторизация или авиация… Решение было принято в пользу последней, и оно позволило сосредоточить на авиации 20-25% всех средств не только военного, но и морского бюджета.
При принятии этого решения, дающего военной технике подчеркнутое авиационное устремление, нельзя не учитывать указки со стороны флота.
Если в последние десятилетия XIX в. кошмар борьбы на два фронта давил почти исключительно на бисмарковскую Германию, то в нашу эпоху неделимого мира все государства ощущают эту угрозу. Школьная география могла бы использовать общее распространение этой угрозы как доказательство шарообразности земли. Угроза борьбы на два фронта висит и над Японией. Но у нее один фронт океанский, а другой — континентальный. Переброска сил с одного японского фронта на другой мыслима, главным образом, лишь в отношении авиации — морской и сухопутной. На сильной авиации происходит смычка интересов флота и армии. Сухопутная авиация является крупным козырем и при борьбе на морских театрах, а морская авиация Японии не только действовала в береговой полосе у Шанхая, но появлялась и на удалении 700 км от моря, в бассейне реки Сунгари.
В отношении авиации японцам удалось преодолеть материальные трудности и создать достаточно мощную авиационную промышленность.
Японская авиация, однако, отнюдь не затронута доктриной Дуэ. Главные политические и экономические центры возможных противников находятся на недосягаемом удалении. Самостоятельные действия японской авиации встречают помеху в отсутствие крупных, решающих объектов, вроде столицы Франции — Парижа. Такие объекты на Дальнем востоке имеются только в самой Японии — в населенном 5 млн. жителей Токио, в промышленном районе Осака, в 5 центрах концентрации японской военной промышленности. Поэтому японцы не развивают неудавшейся попытки создать тяжелую бомбардировочную авиацию и ориентируются на легкую авиацию — частью для обороны в воздухе, частью для непосредственного содействия боевым действиям флота и армии. Половина японской сухопутной авиации — 8 полков уже заблаговременно развернута на материке. Внимание, уделяемое в Японии авиации, видно из того, что несколько лет тому назад в Японии было 8 авиаполков, а в Польше — 6. Теперь в Польше попрежнему 6, а в Японии уже 16; эта сухопутная авиация может быть почти удвоена за счет морской, и новые авиационные формирования продолжаются.
Японская авиация тщательнейшим образом готовится к сво-ему боевому использованию. Сосредоточивая усилия сухопутной и морской авиации, опираясь на сильно развитую сеть аэродромов, японское командование будет упорно бороться за господство на важнейших направлениях. Но в целом в авиационном отношении едва ли надежды японцев могут простираться далее установления равновесия в воздухе. Японской авиации часто придется своими действиями возмещать недостаток в артиллерии и механизированных частях. Ей придется тесно увязывать свою работу с тактическими действиями войск. Делать ставку на решающий успех авиации японская стратегия положительных оснований не имеет. Противоположная, пессимистическая оценка положения в воздухе могла бы опереться на более солидные доводы. Во всяком случае, интересы борьбы в воздухе, в частности захват районов расположения наиболее угрожающих аэродромов противника, будут серьезно учитываться японской стратегией.
Этот беглый обзор основных путей освоения техники японской армией приводит нас к заключению, что получившая достаточно мощное (за исключением противотанкового) вооружение пехота опирается лишь на весьма умеренную дивизионную и армейскую артиллерию и недостаточные средства мотомеханизации и будет действовать в тесном контакте с легкой авиацией, энергично развиваемой и совершенствуемой.
В конечном счете японскому военному искусству особенно козырять техникой не приходится. Как мы увидим далее, ему во многих случаях приходится, напротив, учитывать недостатки своей техники и соответственно координировать свои оперативные и тактические приемы. В сфере техники японская армия еще в меньшей степени, чем в вопросе о численности может искать обоснования своих будущих успехов.

Запись опубликована в рубрике морально-психологические основы с метками . Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий