Государство и народ

Правительство имеет обязанность распоряжать общим действием и избирать лучшие средства для доставления в государстве благоденствия всем и каждому. А посему имеет оно право требовать от народа, чтобы оный ему повиновался. Народ же имеет обязанность правительству повиноваться; но за это имеет право требовать от правительства, чтобы оно непременно стремилось к общественному и частному благоденствию и только бы то повелевало, что истинно к сей цели ведет, и без чего не могла бы оная быть достигнута. На сем единственно равновесии взаимных обязанностей и взаимных прав может существование какого бы то ни было государства быть основано, а посему и переходит государство, при потере сего равновесия из природного и здорового своего положения, в состояние насильственное и болезненное. Установление сего равновесия на твердых основах есть главная цель сей Русской Правды и коренная обязанность каждого законодателя.
Народ есть совокупность всех тех людей, которые, принадлежа к одному и тому же государству, составляют гражданское общество, имеющее целью своего существования возможное благоденствие всех и каждого… Правительство существует для блага народа и не имеет другого основания своему бытию и образованию, как только благо народное, между тем как народ существует для собственного своего блага и для выполнения воли Всевышнего. Правительство есть совокупность лиц, занимающихся отправлением дел общественных. Оно поставлено в обязанность доставлять народу благоденствие и потому право имеет государством управлять для достижения сей предназначенной цели. Обладая сим правом, оно должно иметь и соразмерную власть, дабы обязанность могла быть выполнена и право было бы действительным…

Государственное благоденствие состоит из двух главных предметов: из безопасности и благосостояния. Отличительное и главное качество безопасности есть охранение, а благосостояния есть приобретение. Безопасность должна быть первою целью правительства, потому что может быть достигнута посредством общего только действия соединенных сил и волей, каковое соединение в правительстве именно и представляется, и что она ответствует первоначальной обязанности человека, состоящей в сохранении своего бытия. — Сверх того не может быть благосостояния, если не существует безопасности, а потому и служит она основанием сооружению государственного здания. Благосостояние должно быть второю целью правительства, ибо понятия об оном до такой степени различны, что приобретение его должно быть предоставлено каждому члену гражданского общества особенно, и что участие правительства в сем отношении должно быть ограничено дарованием защиты и удалением тех препятствий, которые бы могли превышать силы и способы частных людей тем более, что частные люди собственными трудами могут доставить себе благосостояние, но не могут одними частными своими силами утвердить безопасность…
Государство должно в политическом отношении целое составлять, и может таковым признано быть только тогда, когда все различные его части и члены совершенно крепкую и истинно тесную связь между собой имеют. Сия политическая связь между частями Государства ознаменовывается большею или меньшею одинаковостью в законах и образовании правления, от оной зависит и от оной силу и значение свое получает, и потому бывает политическая связь в государстве совершенна только тогда, когда одни и те же законы, один и тот же образ управления во всех частях государства существуют и государство из частей состоит в политическом смысле однородных и однообразных. В сем случае получает государственный состав высшую степень крепости, а силы оного высшую степень могущества. И потому полезно, для блага и величия государства, чтобы во всем оного пространстве одни и те же законы, один и тот же образ управления существовали. Надлежит только рассмотреть, может ли сие единообразие существовать…
Распределение народа на сословия, занимающиеся исключительно земледелием, изделиями или торговлей, совершенно отвергнуто политическою экономией, доказавшей неоспоримым образом, что каждый человек должен иметь полную и совершенную свободу заниматься той отраслью промышленности, от которой наиболее ожидает для себя выгоды и прибыли, лишь бы честен был и к законам исполнителен. Правительство должно, конечно, способствовать всеми мерами к усовершенствованию народного богатства, но споспешествование сие должно состоять в разных законодательных и вспомогательных мероприятиях относительно промышленности, а не в распределении народа по отраслям промышленности, которое, напротив того, мешает повсеместному преуспеянию народного богатства. Сверх того надлежит еще при сем заметить, что все сословия, составляющиеся через распределение частных лиц по отраслям промышленности, самые суть безрассудные и зловредные, потому что, имея основанием своего бытия богатство, они все желания и помышления обращают единственно на деньги; другого отличия между людьми не знают, как одни деньги; богатство ставят первейшим достоинством, превышающим все прочие, и, соделывая народ ужасно падким к корыстолюбию, производят неминуемую порчу в нравах. Известно, что исключительная любовь к деньгам граничит к скупости, а сей порок более всякого другого соделывает человека жестокосердным, почему и по всей справедливости сказать можно, что таковые сословия суть самые бесчеловечные до чрезвычайности умножают число бедных и нищих и основывают свое влияние на народ не на общем мнении, но на золоте и серебре, посредством коих подавляют общее мнение, как хотят, и приводят народ в совершенную от себя зависимость. Отличительная черта нынешнего столетия ознаменовывается явною борьбою между народами и феодальною аристократией, во имя коей начинает возникать аристократия богатства, вреднейшая аристократии феодальной, ибо сия последняя общим мнением всегда потрясена быть может и, следовательно, некоторым образом от общего мнения зависит, между тем как аристократия богатства, владея богатствами, находит в них орудия для своих видов, противу коих общее мнение совершенно бессильно и посредством коих оно приводит весь народ, как уже сказано, в совершенную от себя зависимость.
Обладать другими людьми, как собственностью своей, продавать, закладывать, дарить и наследовать людей на подобие вещей, употреблять их по собственному своему произволу без предварительного с ними соглашения и единственно для собственной своей прибыли, выгоды, а иногда и прихоти есть дело постыдное, противное человечеству, противное законам естественным, противное святой вере христианской, противное, наконец, заповедной воле Всевышнего, гласящего в Священном Писании, что люди перед ним все равны, и что одни деяния их и добродетели разницу между ними поставляют. И потому не может долее в России существовать позволение одному человеку иметь и называть другого своим крепостным. Рабство должно быть решительно уничтожено, и дворянство должно непременно навеки отречься от гнусного преимущества обладать другими людьми…
Порядок должен в государстве существовать и не может быть иначе введен как разделением государственного пространства на части, почему и имеет быть вся Россия разделена на области. — Каждая область на несколько губерний, каждая губерния на несколько уездов, каждый уезд, наконец, на несколько волостей. Дальнейшее разделение каждой волости на частные имущества или поместья не есть уже разделение политическое или общественное, но есть разделение гражданское или частное. — Из сего явствует, что при разделении земельного пространства государства на части волость должна быть признана политической единицей.
Все члены одной и той же волости составляют вместе, так сказать, одно политическое семейство под названием волостного общества. Сие распределение народа по волостям имеет заменить ныне существующее распределение по сословиям и отраслям промышленности. Промышленность предоставится всем россиянам одинаковым образом, а сословия сольются в одно общее сословие гражданское. Каждый россиянин будет гражданином Российского государства и в особенности гражданином такой-то волости. Для удобнейшего введения сего порядка должна каждая волость два списка своих членов или граждан содержать: один гражданский, а другой — скарбовый. — Первый означает членов волости по лицу, а второй по имуществу. Первый содержит имена всех граждан, к той волости приписанных и в составе волостного общества считающихся; второй содержит имена всех граждан, имеющих какое-нибудь имение в той волости. — Из сего явствует, что один и тот же россиянин может состоять в одно и то же время в скарбовых списках нескольских волостей, ибо в разных волостях имение может иметь и, следовательно, с каждого имения на общих правилах подать платить обязан, между тем как в гражданском списке только одной волости состоять может, ибо гражданский список означает лицо, а каждый гражданин есть только одно лицо и каждое лицо только один голос в государстве иметь может.
Совокупность всех обязанностей и всех прав российских граждан составляет Российское гражданство и разделяется на три разряда: первый разряд содержит права политические, посредством коих определяются взаимные отношения народа с правительством и участие, народом в управлении принимаемое. — Второй разряд содержит права гражданские, посредством коих определяются взаимные отношения граждан между собой и способы, коими собственность приобретается, как то: правила родства, бракосочетания, опекунства, всякого рода договора и т.д. Третий, наконец, разряд содержит права личные, посредством коих определяются образ действия и существования граждан в тех случаях, когда они не находятся в непосредственном сношении ни с правительством, ни с другими гражданами, и когда дело идет об них одних, например свободное вероисповедание, свободная промышленность, личная свобода и т.п. Сие разделение весьма важно и никогда из виду не должно быть упускаемо, ибо на оном основана точность и положительность гражданского права. Все российские граждане должны одинаковым образом пользоваться всеми правами частными, гражданскими и политическими и пользоваться оными на целом пространстве всего государства.
Должны также все взаимные отношения народа к правительству и сего последнего к первому во всем государстве на одинаковых началах устроены быть, и все обязанности политические на всех граждан вообще одинаковым образом быть распространены…
Разделение земельного пространства государства на части бывает двоякого рода: политическое и гражданское. Первое необходимо для лучшего устройства правления; второе образует частные собственности. — Первое остается в непременном положении, всегда одно и то же; второе подвергается частным изменениям по случаю права обладания. Для введения первого было объяснено предположение о разделении России на области, уделы, округа, уезды и волости и сказано, что волости составляют единицы сего разделения. Теперь приступаем к рассмотрению гражданского разделения земель, которое там начинается, где политическое оканчивается, т.е. от волостей.
О сем гражданском разделении земель много было рассуждаемо, причем все сии рассуждения разделялись на два главные мнения. Первое мнение объясняется таким образом: человек находится на земле, только на земле может он жить, только от земли может он пропитание получать. Всевышний сотворил человеческий род на земле и землю отдал ему в достояние, дабы она его питала. Природа производит все то сама, что к пище человека служить может. Следовательно, земля есть общая собственность всего рода человеческого, а не частных лиц, и посему не может она быть разделена между несколькими только людьми, за исключением прочих. Коль скоро существует хоть один человек, который никаким обладанием земли не пользуется, то воля Всевышнего и закон природы совершенно нарушены и права естественные человека устранены насилием и зловластием. На сем соображении был основан известный поземельный закон римский, который устанавливал частое разделение земель между всеми гражданами. Второе мнение, напротив того, объясняет, что труды и работы суть источники собственности и что тот, который землю удобрял и оную способной сделал к произведению разных произрастаний, исключительное должен на ту землю иметь право обладания. К сему суждению прибавляется еще и то соображение, что дабы хлебопашество могло процветать, нужно много издержек, которые тот только сделать соглашается, который в полной своей собственности землю иметь будет; что неуверенность в сей собственности, сопряженная с частым переходом земли из рук в руки, никогда не допустит земледелия к усовершенствованию. Посему и должна вся земля быть собственностью нескольких людей, хотя бы сим правилом и было большинство людей от обладания землею исключено. Сии два мнения совершенно друг другу противоречат, между тем как каждое из них много истинного и справедливого содержит. Сие происходит от того, что оба сии мнения заключения свои до крайности доводят. А дабы ясно усмотреть можно было, в каком отношении каждое из сих мнений справедливо и в каком каждое ложно, надлежит следующими правилами руководствоваться:
1) человек может только на земле жить и только от земли пропитание получать, следовательно, земля есть собственность всего рода человеческого и никто не должен быть от сего обладания ни прямым, ни косвенным образом исключен;
2) с учреждением гражданских обществ сделались сношения между людьми многообразнее и возникло понятие о собственности. Охранение сего права собственности есть главная цель гражданского быта и священная обязанность правительства;
3) законы политические должны утверждать и обеспечивать законы духовные и естественные, а не нарушать оных. Сии последние законы должны всегда иметь перевес перед первыми, ибо они поставлены от Бога и природы и суть неизменны; между тем как политические поставлены от людей и часто переменяются;
4) наперед надобно помышлять о доставлении всем людям необходимого для жития, а потом уже о приобретении изобилия. На первое каждый человек имеет неоспоримое право, потому что он человек; на второе имеет право только тот, который сам оное приобрести успеет;
5) установив возможность для каждого человека пользоваться необходимым для его жития, не подвергая его, для приобретения оного, зависимости от других, надлежит только дать обеспечение и совершенную свободу приобретению и сохранению изобилия.
Соображая сии коренные правила с выше изъясненными двумя мнениями, можно легко приступить к изысканию средств для соглашения обоюдных их выгод и преимуществ и устранения обоюдных несправедливостей.
Сии средства состоят в разделении земель каждой волости на две половины по угодьям, как то в предыдущей главе объяснено было в статье о казенных крестьянах. Одна половина получит наименование земли общественной, другая земли частной. Земля общественная будет всему волостному обществу совокупно принадлежать и неприкосновенную его собственность составлять; она ни продана, ни заложена быть не может. Она будет предназначена для доставления необходимого всем гражданам без изъятия и будет подлежать обладанию всех и каждого. Земли частные будут принадлежать казне или частным лицам, обладающим оными с полной свободой и право имеющими делать из оной, что им угодно. Сии земли, будучи предназначены для образования частной собственности, служить будут к доставлению изобилия. Земля общественная будет удовлетворять справедливым заключениям первого общественного мнения, а земли частные — второго мнения. Сим средством будут оба мнения совершенно соглашены, все пять коренных выше описанных правила в полной мере соблюдены, каждый в необходимом обеспечен и полная свобода к приобретению изобилия дана тем, которые в состоянии найдутся оным пользоваться. Ежели при первом взгляде покажется введение такового порядка сопряженным с большими трудностями, то надлежит только вспомнить, что сие постановление может большие затруднения встретить во всяком другом государстве, но не в России, где понятия народные весьма к оному склонны и где с давних времен уже приобыкли к подобному разделению земли на две части.
Каждый россиянин будет или обладатель частный, имея землю в частной своей собственности, или обладатель общественный, имея право, яко член волостного общества, пользоваться общественной землею, не платя за оную найма, вся Россия будет, следовательно, состоять из одних обладателей земли и не будет у нее ни одного гражданина, который бы не был обладателем земли…
Право собственности, или обладания, есть право священное и неприкосновенное, долженствующее на самых твердых положительных и неприкосновенных основах быть утверждено и укреплено, дабы каждый гражданин в полной мере уверен был в том, что никакое самовластие не может лишить его ниже малейшей части его имущества…
Конфискация имущества в пользу казны никогда существовать не должна. Личная свобода есть первое и важнейшее право каждого гражданина и священная обязанность каждого правительства.
Гражданские общества, а следовательно и государства, составлены для возможно большего благоденствия всех и каждого, а не для блага некоторых за устранением большинства людей. Все люди в государстве имеют одинаковое право на все выгоды, государством доставляемые, и все имеют равные обязанности нести все тягости, нераздельные с государственным устроением. Из сего явствует, что все люди в государстве должны непременно быть перед законом совершенно равны и что всякое постановление, нарушающее сие равенство всех перед законом, есть нестерпимое зловластие, долженствующее непременно быть уничтоженным.

Запись опубликована в рубрике морально-психологические основы. Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий